История народа по И. М. Мизиеву

Из истории социальной структуры карачаево-балкарского общества

Общие сведения

Важное место в истории экономического, культурного развития и взаимоотношений с соседними народами и странами занимает социальная структура изучаемого народа. В некоторых случаях, например. В случае с карачаевцами и балкарцами, из-за отсутствия достаточных письменных источников об этом важном вопросе можно судить по преимуществу по данным археологии, этнографии, фольклора, других смежных научных дисциплин.

Изучение археолого-этнографических балкаро-карачаевских поселений позволяет говорить о том, что существовавшие в древности и средние века моногенные (однофамильные) поселения постепенно расширяются и уступают место полигенным (многофамильным) поселениям, наблюдается переход от родственного принципа расселения к общинному, соседскому типу.

Одновременно наблюдается переход от одноочажных, малых жилищ к многоочажным, большим жилищам, а позднее можно разглядеть обратный переход от многокомнатных больших домов к малым жилищам, что свидетельствует об обособлении малых семейных ячеек.

Погребальные памятники также говорят о переходе от единичных захоронений к коллективным, а затем наблюдается обратный процесс выделения одиночных погребений.

Появление отдельных надземных погребальных сооружений – мавзолеев, носящих имена отдельных князей и родоначальников, говорят о появлении феодальных отношений и большом имущественном расслоении. О достаточно развитых феодальных отношениях говорят и балкаро-карачаевские башни, крепости, замки, носящие имена своих владельцев: Абаевых, Балкаруковых, Шакмановых, Шахановых и т.п. Наиболее ранние оборонительные сооружения периода родовых отношений постепенно спускаются в долины в населенные пункты. Этот факт, как и в других районах Кавказа, свидетельствует о том, что феодальные отношения прочно входят в обыденную жизнь общества.

Балкаро-карачаевское общество разделялось на достаточно четкую иерархию: на вершине стояли князья – таубии, затем шли свободные крестьяне – уздени, за ними независимые крестьяне – кара-киши, крепостные – чагары, неимущие – кулы, карауаши. Рожденные от брака с крестьянкой назывались чанка.

Народный институт самоуправления – Тёре

Об институте Тёре мы уже упоминали неоднократно. Это был самобытный народный форум – суд, управлявший всей жизнью и деятельностью Балкарии и Карачая. В его состав входили на демократических основах избранные представители всех сословий. Во главе Тёре стоял избранный, самый авторитетный из князей. Подобные Тёре были и в каждом отдельном балкарском обществе, а главный Тёре руководил всей Балкарией. При главе Тёре – верховном правителе Олие (Вали) находились глашатаи, извещавшие всю Балкарию о принятых решениях. При нем же находилась военная дружина, состоявшая из отдельных отрядов воинов, приведенных каждым из князей. Воины собирались на Басиат кошах. Там они занимались военной подготовкой, джигитовкой и пр. Отряды воинов оберегали границы Балкарии и  по приказу Оли выходили на защиту родной земли.

На Тёре рассматривались все государственные, уголовные и гражданские вопросы, выносились наказания, узаконивались новые обычаи и обряды. Таким образом, Тёре является государственным, юридическим и гражданским органом управления Балкарии. На балкарское Тёре для рассмотрения особо важных своих вопросов приходили и представители Карачая и Дигории.

Название института Тёре происходит от древнетюркского слова «тёре» - закон, обычай. Термин «тёр» на карачаево-балкарском языке означает еще и понятие «почет».

На заседаниях Тёре выносили приговор за различные проступки. Уличенного в них очень часто подвергали одному из самых позорных наказаний: привязывали к «Камню позора» - Налат таш, который обычно устанавливался в самом людном месте аула, и каждый прохожий выражал обвиненному свое презрение. Подобные камни были известны в Верхней Балкарии, в ауле Мухол, в Верхнем Чегеме, в средневековом поселении «Крыс-кам» в Баксанском ущелье. Фотография одного из «камней позора» в Верхнем Чегеме выставлена в экспозиции Нальчикского краеведческого музея.

Социальные институты обычного права

В общей системе обычного права балкарцев и карачаевцев большое место отводилось различным социальным институтам. Среди них особое значение имели институты родственных отношений. Широко было развито молочное родство между людьми, не связанными кровными узами родства. Такие люди с малых лет отдавали своих детей побратимам и они воспитывались в их домах.

В доме побратимов эти дети считались молочными братьями и питались молоком одной матери. Такая мать называлась «Эмчек анна» - молочная мать, а сын назывался «Эмчек улан» - молочный сын. Институт этот назывался общетюркским термином «Аталык», т.е. «отцовство». Этот институт ученый и путешественник в 20-х годах X века Ибн-Фадлан отмечал у волжских болгар. Название этого института широко вошло в язык многих народов. Многие кабардинские и балкарские князья и крестьяне отдавали своих детей в семьи своих друзей в Балкарию или Кабарду и тем самым способствовали укреплению дружбы и взаимоуважения народов.

Следующим таким же прекрасным институтом социальных отношений является институт «куначества», получивший название от общетюркского слова «конак» - гость. Куначество, или гостеприимство, испокон века является неотъемлемой частью духовного богатства народов Кавказа. Гость считался лицом почти священным, ему предназначалось все лучшее, чем располагал хозяин дома. Эту особенность кавказец неоднократно отмечали многие европейские ученые и путешественники XIII-XIX вв. Для примера можно вспомнить балкарского князя Пулада (Болата), дерзнувшего ответить отказом самому Тимуру, который потребовал у него выдачи его гостя – золотоордынского эмира Утурку. Таких примеров кавказоведческая литература знает множество.

Такие социальные термины, широко вошедшие в этнографию кавказских народов, как «Аталык», «Куначество», «Узден», термины одежды, оружия и многие другие показывают значительное влияние карачаево-балкарской этносоциальной культуры на соседние народы.

Наверх